Группа военной археологии Искатель «Военные тайны» земли белорусской поисковые отряды поисковая работа эксгумация захоронение останки погибших солдат бойцы Вахта Памяти экспедиция Великая Отечественная война ВОВ история армия РККА Вермахт Сычевка Ржев Новгородская Смоленская Тверская Псковская Орловская

новости о поисковой работе 2005

30 мая 2005г. Беларусь "Во Славу Родины"

«Военные тайны» земли белорусской

Их разгадкой занимаются люди, которым небезразлична память о тех, кто спас страну шесть десятилетий назад

Под Витебском на территории Новкинского сельского Совета завершилась семидневная Вахта памяти, посвященная 60-летию Великой Победы. Эта совместная акция проводилась с участием второй поисковой роты 52-го отдельного специализированного поискового батальона под командованием капитана Игоря Захарчени и представителей поисковых отрядов Белорусской республиканской ассоциации “Пошук”, которую возглавляет энтузиаст этой работы Лариса Бруева.

По ее словам, за последние десять лет это первый подобный опыт. Особенность нынешней Вахты памяти в том, что благородным делом увековечения памяти погибших защитников Отечества бок о бок занимались военные профессионалы-поисковики и представители общественных поисковых организаций.

Результат недельного сотрудничества воинов второй специализированной поисковой роты и шестидесяти энтузиастов, представлявших поисковые отряды и клубы из Витебской, Минской и Могилевской областей, превзошел все ожидания. Несмотря на продолжительные дожди и холодную погоду, подняты и подготовлены к перезахоронению останки 48 советских воинов, найдены и отправлены на экспертизу два “смертных” солдатских медальона, а также комсомольский билет, принадлежавший, как уже удалось выяснить, погибшему красноармейцу Николаю Решетняку. Поисковики уже связались с Центральным архивом Министерства обороны Российской Федерации и надеются ко дню перезахоронения останков оповестить о находке родственников погибшего, которому в далеком 1944-м шел лишь двадцать первый год.

Район поиска, где трудились воины поискового батальона и следопыты, был выбран не случайно. По архивным данным, которые витебские поисковики получили в подмосковном Подольске и затем предоставили командованию специализированного поискового батальона, здесь на восьмикилометровом участке фронта у западного берега реки Лучеса на протяжении февраля--марта 1944 года части 33-й армии вели тяжелейшие бои. Предстояло захватить плацдарм на подступах к Витебску в районе деревень Волосово, Перевоз, Павлюченки, Поротьково с дальнейшей задачей соединиться с частями 11-й гвардейской армии, которые прорывались с севера, и перерезать железнодорожное направление Витебск -- Орша.

Увы, до начала операции “Багратион” сделать это так и не удалось -- фашисты сопротивлялись с обреченностью загнанного зверя. Так, с 4 по 19 февраля на участке от деревни Павлюченки с севера до деревни Перевоз с юга наши потери убитыми составили 4.040 человек, раненых же было в три раза больше. В марте, приняв молодое пополнение, части 33-й армии вновь продолжили упорные бои с врагом, в которых погибли около 2.000 человек.

Как дополнительное подтверждение архивных данных Лариса Бруева хранит статью из авторитетного немецкого исторического журнала, в которой один из участников тех событий, бывший немецкий солдат, свидетельствует о том, что с утра до позднего вечера каждые 15--20 минут советские войска штурмовали гитлеровские позиции отрядами по 100--200 человек. По всей видимости в одной из таких беспрерывных атак при штурме занятой фашистами безымянной высоты 143,0 в районе бывшей деревни Жуки и погиб красноармеец Николай Решетняк.

Оперативную помощь в установлении имени владельца комсомольского билета поисковикам оказали эксперты-криминалисты витебской таможни. Полуистлевший документ, изъеденный сыростью и грибком, удалось прочесть только в лучах специального прибора, за что участники вахты были искренне благодарны таможенникам. Еще одна весьма ценная находка, которую обнаружили здесь подчиненные капитана Игоря Захарчени и их помощники из республиканской ассоциации “Пошук”, -- погоны старшего лейтенанта медицинской службы. По мнению командира роты, определить имя их владельца вполне реально, необходимо лишь поднять журналы боевых действий, чтобы выявить, какие подразделения и части сражались за этот плацдарм, и уточнить списки погибших здесь военнослужащих-медиков.

Кроме действительно ценных предметов, способных пролить свет на трагические судьбы людей, освобождавших нашу землю шестьдесят с лишним лет назад, поисковикам попадались и небезопасные находки. Тогда в работу вступала группа разминирования, “приданная” им на время Вахты памяти из 103-й гвардейской отдельной мобильной бригады.

Эхом далекой войны звучали над здешними полями мощные взрывы. Начальник инженерной службы соединения гвардии майор Игорь Занько (на центральном снимке), командир взвода инженерно-саперной роты бригады гвардии лейтенант Олег Михайлов и их подчиненные извлекали из земли и ежедневно уничтожали до семидесяти взрывоопасных предметов: снарядов, ручных и противотанковых гранат, мин... Некоторые из них тоже были по-своему уникальными находками.

Гвардии майор Игорь Занько продемонстрировал, к примеру, “изобретение” наших воинов сороковых-пороховых -- кустарно изготовленную ручную гранату. Она представляла собой минометную мину без оперения, в которую вместо обычного минного взрывателя был вмонтирован взрыватель от ручной гранаты с чекой. Соорудил эту мощную гранату неизвестный армейский Кулибин -- вероятно для того, чтобы одним махом положить как можно больше фрицев, а может быть, на это подвигла и реальная нужда -- нехватка боеприпасов.

Обнаруженные в шурфах многочисленные находки (за исключением тех, что подлежали уничтожению) складывались в большие полиэтиленовые пакеты и доставлялись в ротный полевой лагерь, где аккуратно сортировались и укладывались на хранение в специально отведенных местах. Все это, по словам военных поисковиков, от костных останков до ржавых касок и фрагментов оружия, -- своеобразный отчет о проделанной в ходе вахты работе.

- Взаимодействие с общественными поисковыми организациями было полезно с точки зрения как имеющейся у них ценной исторической информации, так и непосредственно проведения поиска. В этом мы убедились во время Вахты памяти под Витебском, -- отметил капитан Игорь Захарченя. -- Такой объем раскопок самим нам за неделю было, конечно, не осилить, поэтому, вполне вероятно, сотрудничество наше будет продолжаться...

В заключение этой публикации хотелось бы сказать несколько слов о тех, кого объединила благородная идея поиска и увековечения памяти безымянных героев, отдавших свои жизни за наше Отечество.

Среди офицеров, прапорщиков, контрактников 52-го отдельного специализированного поискового батальона нет людей случайных. Некоторых из них поисковая работа увлекла еще в период срочной службы в батальоне, другие пришли в часть по зову сердца -- как, например, прапорщики Сергей Лушечкин и Николай Омельченко. К слову, о месте гибели своего деда Павла, пропавшего без вести под Брянском, Николай Омельченко и его близкие узнали в 1976 году именно благодаря брянским следопытам.

Сказанное выше в полной мере относится и к гражданским энтузиастам-поисковикам, в рядах которых люди самых разных специальностей и возрастов -- учителя, студенты, рабочие, инженеры, лесники, бывшие военнослужащие. Все они по-настоящему одержимы своим благородным увлечением, потому без раздумий использовали личные выходные и отпуска для работ на полях былых сражений под Витебском.

30 мая 2005г. Беларусь "Гомельская правда"

Обелиск в лесу

“… Останки И. Ф. Шведа пока покоятся в том месте, где их нашли. Думается, что в канун 60-летия Великой Победы они найдут свое упокоение в одной из брат-ских могил Светлогорского или Октябрьского районов”.

Так заканчивалась статья “Имя твое известно”, опубликованная в нашей газете 29 марта нынешнего года. В ней рассказывалось о том, что в лесу между деревнями Гороховищи Октябрьского и Дуброва Светлогорского районов были найдены останки советского бойца, два гвардейских значка и медаль “За отвагу” под номером 665388. По нему-то журналистам Светлогорской телекомпании “Ранак” и газеты “Гомельская праўда” и удалось установить имя погибшего бойца. Им оказался гвардии ефрейтор, наводчик противотанкового ружья Иван Филиппович Швед. Из архивной справки Центрального архива министерства обороны Российской Федерации мы узнали, что награжден он был 8 января 1944 года. Из той же справки следовало, что в феврале сорок четвертого Иван Филиппович пропал без вести.

Более 60 лет ни его родные, ни односельчане из деревни Чубковичи Стародубского района Брянской области, откуда он родом и был призван в Красную Армию в августе 1941 года, не знали, где оборвалась его жизненная ниточка. Узнали лишь в марте нынешнего года, когда я приехал в Чубковичи с архивной справкой. У меня и сегодня перед глазами слезы его двоюродной сестры М. Н. Швед. Она — единственная родственница, оставшаяся на сегодняшний день в живых. Дрожащими руками взяла Марфа Никитична эту справку, прижала к груди и заплакала.

— Ведь их было три брата: Дмитрий, Иван, Федор. Молодые, красивые хлопцы. Все ушли на фронт, и все пропали без вести, — промолвила она. — Теперь вот хоть перед смертью буду знать, где погиб Иван, где его могилка.

Да, теперь известно, где погиб гвардии ефрейтор И. Ф. Швед, но могилки его, к сожалению, как таковой пока нет. Увы, как ни прискорбно и не обидно об этом говорить, его останки накануне юбилея Великой Победы так и не нашли своего упокоения в одной из братских могил Октябрьского или Светлогорского районов, за освобождение которых он сражался и где сложил свою голову. То ли времени у чиновников соответствующих служб и органов для этого не хватило, то ли просто не было желания заниматься этим, то ли еще чего-то, но факт остается фактом. Останки погибшего героя остались лежать в лесу.

Но, к счастью, неравнодушными к этому событию оказались ребята из Полесской средней школы Светлогорского района. Узнав о том, что здесь погиб И. Ф. Швед, они решили увековечить его память по-своему. На уроках труда школьники сделали деревянный обелиск с красной звездой. На металлической табличке выбили фамилию, имя и отчество погибшего бойца. Этот обелиск (на снимке) и был установлен в канун 9 мая в лесу между деревнями Гороховищи и Дуброва, где более года назад были найдены и где пока лежат останки Ивана Филипповича.

— Когда ребята узнали об этом факте, они с усердием принялись за дело, — рассказывает директор Полесской СШ Игорь Кулаковский. — Нужно было видеть, как они старались, как хотели успеть сделать обелиск к юбилею Победы. Пусть это скромненький памятник, но он сделан от души. Убежден, что это — лучший урок патриотизма.

Когда обелиск, сделанный руками ребят, военнослужащие в/ч 5525 установили на месте гибели И. Ф. Шведа, у ветерана Великой Отечественной войны Ф. Л. Лобачева, присутствовавшего здесь, на глазах появились слезы.

— Спасибо вам, дорогие ребята, — говорит он. — Спасибо за ваш труд, за вашу память, за ваше неравнодушие!

Уместно будет сказать, что Федор Лаврентьевич — земляк И. Ф. Шведа. Он тоже уроженец Брянской области, но ему также очень близка светлогорская земля. Здесь, в начале 1944 года он, командир стрелкового взвода, вместе со своим подразделением шел в наступление со стороны Полесья на Гороховищи. Не добежав нескольких метров до вражеского окопа, был тяжело ранен. В бессознательном состоянии попал в плен. Затем был один из концлагерей в Восточной Пруссии. Так получилось, что его, как и других узников, освободили бойцы части, где он служил. Но освобождение принесло ему немало новых испытаний. Увы, Федор Лаврентьевич был лишен всех званий и наград, взамен он получил клеймо — предатель. Как трудно, больно и обидно было слышать это. И не случайно, что Федор Лаврентьевич потом уехал из родных мест как можно дальше — на Дальний Восток. Но, как говорится, от себя не уйдешь. В середине 1960-х он приезжает в Беларусь и начинает искать ту деревню, где он “погиб”. А именно так гласила “похоронка”, отправленная его родителям в 1944 году. Приехав в деревню Полесье, Федор Лаврентьевич на обелиске, с именами погибших воинов, нашел и свою фамилию. Она там значится и сегодня.

— К счастью, я остался жив, а вот мой земляк Иван Швед, как, впрочем, и тысячи других советских бойцов, сложил здесь голову, — говорит

Ф. Л. Лобачев. — И хотелось бы, чтобы о них помнили.

К этому же призывал и председатель Светлогорского районного Совета депутатов Н. И. Чирва, также присутствовавший на церемонии открытия обелиска.

— Это наш долг, ныне живущих, сделать так, чтобы имена всех погибших и пропавших без вести были восстановлены, — подчеркивает Николай Иванович. — Не будет история войны полной и правдивой до конца, пока не будет восстановлено имя послед-него погибшего солдата.

Н. И. Чирва называет патриотами тех, благодаря кому сегодня установлено имя И. Ф. Шведа и выражает уверенность, что в ближайшее время на это место придут специальные поисковые подразделения и проведут соответствующую работу по поиску погибших здесь советских солдат и офицеров.

Когда придут и придут ли когда-нибудь сюда эти подразделения, не знаю. Не знаю и то, когда по-настоящему будет увековечено имя И. Ф. Шведа. Оказывается, что ребятам из Полесской школы легче сделать обелиск, чем чиновникам соответствующих служб и органов, окруживших себя рядом инструкций и законодательных актов, решиться на перезахоронение в братскую могилу этих останков. Действительно урок! Только кто его кому преподал?

Отправляясь в марте в Брянскую область, я никак не думал, что в мае буду вызван к следователю Светлогорского районного отдела внутренних дел. Там я должен был дать показания, а вернее, рассказать, кто такой Александр, который нашел останки и награды И. Ф. Шведа. Оказывается, из управления по увековечению памяти защитников Отечества и жертв войн Вооруженных Сил Беларуси в райвоенкомат и РОВД пришел запрос по поводу моей статьи. Подписал его полковник В. В. Шумский. Из этого запроса следовало, что, далее цитирую: “В статье, на первый взгляд, описан благородный поступок, который совершил житель Светлогорска Александр. Установил место захоронения и имя защитника Отечества, погибшего в годы Великой Отечественной войны. Вместе с тем Александр грубо нарушил законодательство Республики Беларусь…”

Далее ссылка на законодательные акты, которые якобы нарушил Александр. А раз так, то он должен быть привлечен к ответственности.

Но, на мой взгляд, прежде чем кого-то привлекать к ответственности, нужно, как говорится, во всем разобраться. Да, сегодня немало так называемых “черных копателей”, которые ведут раскопки на местах былых сражений ради своей выгоды. Но, думаю, человек, который добровольно пришел к журналистам и рассказал о своей находке, не может быть добытчиком оружия. Как он сам сказал, очень увлечен историей Великой Отечественной войны и особенно той ее частью, которая связана с Беларусью. Согласитесь, тот, кто копает ради поиска боеприпасов или ради наживы, никогда не придет и не скажет, что он это делает. Так стоит ли искать черную кошку там, где ее нет?

— Вы бы хоть сюда кого-нибудь из сотрудников военкомата привезли, — говорит жительница деревни Гороховищи О. И. Прыщ. — Мы бы им рассказали и показали, что в окрестном лесу находятся три бесхозные братские могилы, которые сегодня пришли в полное запустение и забвение.

По словам Ольги Исааковны, в окрестностях этой деревни в 1944 году лежали тысячи трупов советских солдат и офицеров.

— Их лежало столько, что ступить не было куда, — вспоминает женщина. — Потом их свезли в ближайший лес и закопали в несколько ям. Из одной из них останки после войны перезахоронили, а в трех так они и лежат до сих пор.

А ведь прошло уже более 60 лет! Так может быть, управлению по увековечению памяти защитников Отечества и жертв войн стоило бы в первую очередь направить свои усилия на эту работу, а не на поиск жителя Светлогорска Александра, который установил имя защитника нашей Родины?

P.S. Медаль “За отвагу” под № 665388 и два гвардейских значка И. Ф. Шведа переданы на хранение в Светлогорский музей истории.

30-05-2005 Владимир КОХНО

Мнение группы "Искатель" не всегда совпадает с мнением авторов статей, опубликованных на сайте. Сохранена авторская грамматика и пунктуация! Мы уже устали править ошибки за журналистами! Пусть им будет стыдно!