TopList

ТРЕТЬЯ УДАРНАЯ.
БОЕВОЙ ПУТЬ 3-й УДАРНОЙ АРМИИ

Василий Карпович Пятков
Константин Сергеевич Белов
Семен Семенович Фролов

За Советскую Латвию

Перед 3-й ударной армией противник имел группировку войск в составе трех пехотных дивизий (329-я и 23-я немецкие дивизии и 15-я латышская дивизия СС). Здесь был подготовлен оборонительный рубеж, носивший условное название «Пантера», опираясь на который гитлеровское командование рассчитывало не допустить советские войска в Прибалтику, прикрывавшую подступы к Восточной Пруссии. К тому же Прибалтийские республики использовались фашистской Германией в качестве своей продовольственной и сырьевой базы. За счет безудержного ограбления трудящихся враг ежедневно отправлял в Германию десятки железнодорожных эшелонов с продовольствием и сырьем. Большое значение противник придавал и Балтийскому морю, которое в этом районе служило важной базой для немецко-фашистского флота. Все это, вместе взятое, вынуждало вражеское командование принимать все меры, чтобы сохранить за собой Прибалтику.

6 июля командующий фронтом поставил перед армией задачу: силами 79-го стрелкового корпуса (150, 171 и 207-я стрелковые дивизии, командир корпуса генерал-майор Ф. А. Зуев), 93-го стрелкового корпуса (219, 379. 391-я стрелковые дивизии, командир корпуса генерал-майор П. П. Вахрамеев) с частями усиления (336-я отдельная противотанковая артиллерийская бригада, 29-я гвардейская танковая бригада, 227-й и 239-й танковые полки, 991-й и 153-й самоходно-артиллерийские полки, 36-й зенитный дивизион) во взаимодействии с 10-й гвардейской армией прорвать оборону противника на участке озера Каменное и Хвойно и, наступая в общем направлении на Себеж, обходя Идрицу с севера, уничтожить идрицко-себежскую группировку противника и к исходу первого дня наступления овладеть рубежом Лепинградское шоссе, а подвижной группой освободить Себеж. В дальнейшем, развивая наступление в западном направлении, выйти на линию железной дороги Резекие — Даугавпилс.

Справа планировалось наступление 10-й гвардейской, слева — 22-й армий этого же фронта.

Командующий армией генерал-лейтенант В. А. Юшкевич решил прорыв обороны противника осуществить силами 79-го и 93-го стрелковых корпусов, имея в первом эшелоне четыре дивизии. Командир 93-го корпуса имел в резерве стрелковую дивизию.

Для развития успеха создавались подвижные группы: армейская в составе 207-й стрелковой дивизии, корпусная в составе 713-го стрелкового полка 171-й стрелковой дивизии, посаженного на автомашины, танкового полка, дивизиона гвардейских минометов (М-13), трех батарей истребительно-противотанкового полка.

Штаб армии на основе решения командующего армией разработал план операции по овладению городами Идрица и Себеж (1).

Планом операции предусматривалось па первом этапе провести перегруппировку, сосредоточение войск и занятие ими исходного положения для наступления, на втором — осуществить прорыв обороны противника и ввод в прорыв подвижных групп, на третьем — завершить разгром противостоящего противника и силами подвижных групп освободить Себеж, Идрицу, а затем выйти основными силами стрелковых корпусов на линию Ленинградского шоссе.

В связи с изменением боевого состава армии более чем на 50 процентов штабу армии, начальникам родов войск п служб предстояло решить в короткие сроки ряд сложных вопросов организации и управления войсками в предстоящей операции. До начала наступления Военный совет провел совещание с командирами дивизий, корпусов и руководящим составом армии, на котором командующий дал конкретные указания по вопросам планирования операции, использования артиллерии, танков при прорыве обороны противника. Особое внимание обращалось на проведение тщательной маскировки как на переднем крае при проведении рекогносцировки, так и в районах сосредоточения войск, при передвижениях.

К утру 10 июля войска заняли исходное положение. Подвижная группа армии за два дня в полном составе сосредоточилась в выжидательном районе. Утром разведывательные отряды силою от стрелковой роты до батальона в полосах наступления корпусов провели разведку боем. Захваченные пленные показали, что в ночь на 11 июля перед фронтом армии намечен отход части сил гитлеровцев на тыловой оборонительный рубеж. На отдельных участках разведывательным отрядам удалось вклиниться в передний край обороны противника и овладеть одной-двумя траншеями. Такое же положение сложилось и на участке соседней 10-й гвардейской армии. В связи с этим было получено указание командующего фронтом разведотряды не отводить, развить их успех и в этот же день начать наступление. Днем после сильного артиллерийского налета в бой были введены передовые батальоны дивизий первого эшелона, которые через час овладели рядом опорных пунктов. Затем после 30-минутной артиллерийской и авиационной подготовки главные силы первого эшелона армии (379, 219, 171 и 150-я стрелковые дивизии) перешли в атаку и прорвали передний край обороны противника. За ними в прорыв в полосе 93-го стрелкового корпуса па участке Харитонове, Нарагово устремилась подвижная группа армии.

Наступление развивалось успешно. К исходу 11 июля передовые соединения 93-го стрелкового корпуса генерал-майора П. П. Вахрамеева и подвижная группа армии достигли рубежа реки Алоля, а 171-я и 150-я стрелковые дивизии левофлангового 79-го стрелкового корпуса полковника С. Н. Переверткина (он сменил па этом посту генерала Ф. А. Зуева), минуя наиболее сильные вражеские заслоны и обходя Идрицу с севера, подошли к городу на расстояние 20 километров.

Утро следующего дня выдалось ясное, почти безветренное. Продвижение войск, замедлявшееся ночью, снова набирало темп. Передовые отряды соединений, состоявшие из танков и самоходок с десантниками на броне, рвались теперь к реке Великой, чтобы захватить на ней переправы и броды, отрезать пути отхода 329-й и 23-й пехотным вражеским дивизиям.

Особенно успешно в этот день действовали части и подразделения 150-й и 171-й стрелковых дивизий, 227-го танкового и 991-го самоходно-артиллерийского полков.

Противник, ошеломленный стремительностью наступления советских войск, в панике бросал свои позиции и отступал. Многие его подразделения, оставшиеся в тылу, сдавались в плен, не принимая боя.

Только на рубеже реки Великой противнику удалось остановить соединения 93-го стрелкового корпуса и подвижную группу армии. В это время 150-я и 171-я стрелковые дивизии 79-го стрелкового корпуса, обходя Идрицу с севера, подошли к реке Великой прежде, чем противник

смог здесь организовать оборону. Не задерживаясь на этом рубеже, они форсировали вброд реку и устремились к Идрице, создав угрозу окружения гарнизона этого города. Противник особое внимание уделял обороне Идрицы, представлявшей собой важный опорный пункт и крупный узел железных и шоссейных дорог. Через Идрицу проходил основной тыловой оборонительный рубеж противника, который укреплялся в течение многих месяцев. Город был опоясан противотанковым рвом и широко развитой сетью траншей с открытыми площадками для огневых точек. Отдельные участки дорог и узлы обороны прикрывались дзотами и дотами. Сам город противник также приспособил к круговой обороне, в большинстве зданий на окраинах оборудовал огневые точки.

Умелый маневр соединений 79-го стрелкового корпуса расстроил все планы гитлеровцев. Когда в скоротечном бою были разгромлены два пехотных батальона, оставленных ими, по-видимому, для прикрытия своего отхода, в Идрице вражеских войск не оказалось. Противник даже не успел взорвать мосты, в том числе и железнодорожный. Днем 12 июля он поспешно оставил город.

Войскам, участвовавшим в прорыве обороны противника северо-западнее и западнее Новосокольников и в освобождении города Идрица, приказом Верховного Главнокомандующего была объявлена благодарность, а наиболее отличившиеся в этих боях соединения и части получили почетные наименования Идрицких. В 3-й ударной армии этого почетного наименования удостоились: 150, 171 и 219-я стрелковые дивизии, 29-я гвардейская отдельная танковая бригада и четыре отдельных полка (1). За умелое руководство войсками армии на идрицком направлении командующий армией генерал-лейтенант В. А. Юшкевич был награжден орденом Суворова I степени.

В то время когда на левом фланге армии шли бои за Идрицу, подвижная группа и передовые части 93-го стрелкового корпуса генерала П. П. Вахрамеева вышли на реку Великая, и, произведя перегруппировку, приступили к ее форсированию.

Гитлеровцы оказывали упорное сопротивление и часто переходили в контратаки. Только 597-му стрелковому полку 207-й стрелковой дивизии под командованием подполковника И. Д. Ковязина пришлось отбить в течение дня несколько вражеских контратак силою до пехотного батальона каждая (1).

Наступление продолжалось в высоком темпе. К исходу дня 13 июля 207-я стрелковая дивизия полковника И. П. Микуля перерезала шоссе Опочка — Себеж, вошла в полосу действий своего 79-го стрелкового корпуса и вместе с другими его соединениями получила задачу овладеть городом Себеж. До него оставалось 15—20 км. Но это были нелегкие километры! Перед городом противник создал укрепленную полосу. Поэтому 79-й стрелковый корпус остановился, чтобы произвести перегруппировку и сосредоточить силы для удара, который дал бы возможность овладеть городом.

Соединения 93-го стрелкового корпуса, форсировав реку Великая, продолжали в это время развивать наступление в западном направлении.

Город Себеж все еще оставался в центре внимания командования армии, так как он представлял собой последний мощный узел сопротивления оккупантов на пути к Латвии. От взятия Себежа зависел дальнейший общий успех армии. Это хорошо понимал и командир 79-го корпуса полковник С. Н. Переверткин, об этом знали и командиры дивизий полковники И. П. Микуля, В. М. Шатилов, А. И. Негода. На подготовку к штурму города отводились только одни сутки; этого времени, как впоследствии оказалось, было недостаточно.

Штурм Себежа, начавшийся на рассвете 15 июля, не принес успеха. Наступающие недооценили силы противника и не имели достаточно разведывательных данных о его обороне. Далеко не четко работала связь, что затрудняло управление войсками.

Командующий армией, правильно оценив поступившие к нему донесения, не спешил с повторением штурма. Он приказал вывести дивизии 79-го корпуса на рубеж в 6— 8 км северо-восточнее города и приготовиться к повторному штурму с этого рубежа с утра 17 июля. Непосредственно на Себеж нацеливалась 150-я стрелковая дивизия полковника В. М. Шатилова.

Более успешно развивались боевые действия соединений 93-го стрелкового корпуса (219, 379 и 391-я стрелковые дивизии). Отражая многочисленные контратаки врага и сбивая на пути его заслоны, они продолжали продвигаться на запад.

В этих боях 16 июля отличился 3-й стрелковый батальон 1255-го стрелкового полка 379-й стрелковой дивизии. Батальону была поставлена задача выйти в тыл врага, перерезать дорогу Опочка — Лудза и не допустить по ней отхода немецких подразделений. Задача была не из легких, поэтому командование полка в помощь временно исполнявшему должность командира батальона старшему лейтенанту Е. Е. Прокофьеву направило офицера штаба полка старшего лейтенанта К. И. Федорова. Эти офицеры сумели мобилизовать личный состав на успешное выполнение поставленной задачи.

Пройдя в тыл врага, батальон стремительной атакой овладел деревней и, оседлав дорогу, занял оборону. Вскоре на дороге появились первые отступавшие немецкие подразделения. Встреченные огнем советских бойцов, фашисты явно растерялись, так как не ожидали противника в своем тылу. Вскоре они подбросили сюда несколько подразделений общей численностью до 800 человек. Завязался ожесточенный неравный бой, который продолжался в течение шести часов. При отражении одной из очередных атак врага старший лейтенант Е. Е. Прокофьев, заменив выбывшего из строя пулеметчика, лично поддерживал метким огпем бой одного из подразделений и погиб смертью храбрых. Командование батальоном принял старший лейтенант К. И. Федоров. Иногда создавалась очень трудная обстановка, батальону приходилось вести бой в окружении, но и в этих условиях наши бойцы показывали величайшее мужество и массовый героизм.

В одной из схваток с врагом совершил героический подвиг командир пулеметного отделения младший сержант А. М. Алымов. Ведя огонь из станкового пулемета, он обеспечивал отражение очередной атаки противника. В ходе боя Алымов был ранен, а пулемет его разбит. Восемь гитлеровцев бросились к советскому пулеметчику, надеясь взять его живым. Когда им оставалось преодолеть 10—15 м, Алымов одну за другой бросил несколько гранат. Трое фашистов упали замертво, но одному все же удалось приблизиться к Алымову. Началась рукопашная схватка. Она была короткой, и победителем в ней оказался мужественный советский сержант. Удар каской по голове был для фашиста роковым. Выхватив у убитого автомат, Алымов открыл из него огонь, уничтожил еще двух вражеских солдат, а остальных обратил в бегство. Только теперь он почувствовал, что ранен вторично. Преодолевая боль, А. М. Алымов пополз к возвышавшемуся невдалеке холму, где находились бойцы его отделения. В это время младший сержант был ранен третий раз. Достигнув цели, Алымов помог своим подчиненным соединиться с батальоном, который с наступлением темноты по приказу командира полка старший лейтенант К. И. Федоров вывел из окружения. Задание было выполнено: батальон уничтожил несколько сот вражеских солдат и офицеров. Только от меткого огня младшего сержанта А. М. Алымова фашисты недосчитались более 50 человек.

За мужество и отвагу, проявленные в бою, А. М. Алымову было присвоено звание Героя Советского Союза. Старший лейтенант Е. Е. Прокофьев посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени, а старшему лейтенанту К. И. Федорову вручили орден Александра Невского.

Второй штурм Себежа, начатый 79-м стрелковым корпусом па рассвете 17 июля, прошел удачно. 150-я стрелковая дивизия, с ходу ворвавшись в город, полностью очистила его от противника. Другие соединения корпуса при штурме себежского узла сопротивления также показали высокую боеспособность. Хорошо было организовано взаимодействие пехоты с артиллерией и танками.

Нельзя не сказать о помощи, которую оказали войскам себежские партизаны. В ночь перед наступлением они вывели по партизанским тропам в тыл противника 1-й батальон 469-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии (командир батальона капитан Ф. А. Йонкин). Это в значительной степени облегчило успех всей дивизии. Удар батальона с тыла был неожиданным для врага и внес в его ряды замешательство.

Гитлеровцы бросали свои позиции и разбегались. Несмотря на то что перед фронтом дивизии находился целый пехотный полк 329-й пехотной дивизии с артиллерией и танками, он не смог оказать организованного сопротивления и был полностью разгромлен. Так при содействии партизан дивизия быстро опрокинула врага и овладела городом Себеж.

После взятия себежского узла сопротивления войска армии на всем фронте, успешно развивая наступление в общем направлении на Резекне, 17 июля вышли к границам Латвийской ССР, на реку Зилупе.

На рубеже реки Зилупе противник оказал упорное сопротивление, открыл сильный артиллерийский и минометный огонь с противоположного берега, стремясь воспрепятствовать выходу войск армии к реке и форсированию ее с ходу. Особенно сильное сопротивление он оказывал соединениям и частям 93-го стрелкового корпуса, которые выходили к этому рубежу первыми.

Исключительно напряженная обстановка сложилась на участке 1024-го стрелкового полка 391-й стрелковой дивизии. Этот полк должен был первым переправиться на подручных средствах, захватить плацдарм на противоположном берегу и обеспечить переправу других частей дивизии. Но на подходе к реке подразделения полка попали под сильный вражеский пулеметный и минометный огонь с правого фланга. Требовалось уничтожить пулемет, который мешал форсированию передовых подразделений. Командир доверил это дело комсоргу 4-й роты коммунисту сержанту П. И. Гаврилову.

Командир отделения сержант Гаврилов в предшествующих боях зарекомендовал себя как смелый и мужественный воин. Солдаты его отделения не раз выходили победителями в схватках с врагом в самой сложной обстановке. И вот теперь ему доверялось дело, от которого зависел успех всего полка. Получив последние указания от командира роты и взяв с собой несколько гранат, сержант стал пробираться к вражеской огневой точке, обходя ее с тыла. Пулемет продолжал вести огонь по боевым порядкам наступающих подразделений. Но судьба его была уже предрешена. Две гранаты, метко брошенные Гавриловым, заставили вражеского пулеметчика замолчать.

Как только была уничтожена эта огневая точка, заговорили расположенные поблизости две другие. Надо было уничтожить и их. Сержант Гаврилов без промедления устремился к вражеским дзотам и забросал их гранатами. Обстрел прекратился. Подразделения начали переправу. Воодушевленные отвагой своего комсорга, бойцы 4-й роты форсировали реку первыми и вскоре завязали бой за деревню. Противник яростно сопротивлялся, напряженность боя нарастала. В самую критическую минуту раздался голос сержанта Гаврилова: «За мной, вперед! За Родину!» Бойцы дружно Поднялись за своим комсомольским вожаком и бросились в рукопашную схватку. Штыком и гранатой прокладывая себе дорогу, они вынудили противника к отходу.

Во время схватки с врагом выбыл из строя командир взвода, его место занял сержант Гаврилов. Будучи дважды раненным, он оставался в первых рядах атакующих. Взвод под командованием коммуниста Гаврилова отразил несколько контратак, затем ворвался в населенный пункт Лаудери.

К этому времени переправились через реку основные силы полка, которые стали стремительно продвигаться вперед. Их успех в значительной степени был обеспечен смелыми действиями бойцов под командованием сержанта Гаврилова. За этот подвиг, совершенный в первых боях на латвийской земле, П. И. Гаврилову было присвоено звание Героя Советского Союза (1).

Героизм при форсировании реки Зилупе и развитии успеха на ее западном берегу был в соединениях и частях 3-й ударной армии массовым. Его проявляли не только отдельные бойцы и командиры, но и целые подразделения. Героический подвиг в эти дни совершили бойцы взвода старшего сержанта X. Р. Ахметгалипа из 1-го батальона 375-го стрелкового полка 219-й стрелковой дивизии.

Это произошло 19 июля. Командиру дивизии полковнику В. Г. Коваленко стало известно, что в двух километрах от деревни Сунуплява, вблизи районного центра Рундены, оккупантами подготовлен промежуточный оборонительный рубеж, на котором они стремились оказать сопротивление и прикрыть отход своих войск.

Потребовалось разведать расположение огневых точек врага, чтобы подавить их огнем артиллерии и не дать фашистам возможности планомерно отступать. Было принято решение направить в тыл противника на высоту, расположенную у деревни Сунуплява, отделение бойцов во главе с командиром взвода старшим сержантом X. Р. Ахметгалиным. О его доблести и геройстве свидетельствовали правительственные награды, последнюю из которых — орден Славы III степени — он получил за мартовские бои.

Как только стемнело, группа бойцов во главе с Ахметгалиным перешла линию фронта и, миновав лес и болото, к рассвету благополучно добралась до вершины высоты. Отсюда просматривались и лесные дали, и вьющаяся змейкой большая дорога, и рунденовский костел, недалеко от которого сосредоточивались вражеские части. Укрывшись в густом кустарнике, разведчики приступили к выполнению возложенной на них боевой задачи. Их было одиннадцать: десять мужчин и радистка Зина Кувалдина. Рядом с ней оборудовал место для наблюдения старший сержант Ахметгалин, башкир по национальности, чуть поодаль трудились украинец сержант П. Сыроежкин, русские старший сержант В. Андронов и рядовой М. Шкураков, таджик рядовой Ч. Уразов, киргиз рядовой Т. Тайгараев, чуваши младший сержант М. Чернов и рядовой Ф. Ашмаров, каракалпак рядовой У. Абдуллаев и татарин рядовой Я. Шакуров. Представители восьми национальностей, они все, как один, готовы были с честью выполнить свой воинский долг перед Родиной.

...Зина Кувалдина развернула радиостанцию и вошла в связь. Были переданы первые результаты наблюдений о расположении войск и техники противника, о местонахождении его огневых средств. Через несколько минут наша артиллерия открыла огонь. Снаряды, уничтожая живую силу и технику врага, ложились точно в цель. Было ясно, что кто-то корректирует огонь советской артиллерии. Наиболее удобным местом для этого была единственная высота, откуда просматривалась окружающая местность. Вскоре немцы убедились, что именно с этой высоты передаются сведения для советских артиллеристов, которые направляют смертоносный огонь в самую гущу фашистских войск. По высоте был открыт интенсивный минометный и артиллерийский огонь, а затем начался ее штурм. Старший сержант Ахметгалин понял, что предстоит жаркий бой. Не желая рисковать жизнью радистки Зины Кувалдиной, он приказал ей немедленно убыть через линию фронта в свою часть.

В течение двух дней небольшая группа отважных бойцов сражалась с превосходящими силами противника, отбивая его многочисленные атаки п прочно удерживая высоту.

Во время отражения одной из очередных атак пал смертью героя старший сержант X. Р. Ахметгалин.

Атаки врага следовали одна за другой. Высота обстреливалась сильным артиллерийским и минометным огнем. На нее сбрасывали смертоносный груз и вражеские бомбардировщики. Но ничто не могло сломить мужества и стойкости бойцов, которых теперь возглавлял командир отделения сержант П. К. Сыроежкин. Защитников высоты становилось все меньше и меньше. Раненые, превозмогая боль, продолжали сражаться с неослабевающим упорством. После трех ранений выбыл из строя младший сержант М. С. Чернов, четвертая рапа оказалась смертельной для рядового Ф. И. Ашмарова, были убиты рядовые Я. С. Шакуров и Т. Тайгараев. Тяжело ранен и засыпан заживо землей при взрыве авиационной бомбы рядовой У. Абдуллаев.

Иногда гитлеровцам удавалось подобраться к защитникам высоты на бросок ручной гранаты, но советские воины, будучи верными своей клятве и воинскому долгу, меткими очередями из автоматов заставляли вражеских солдат откатываться назад. А через несколько минут на позицию храбрецов вновь обрушивался шквал минометного огня, а за ним — очередная атака. На этот раз погибают рядовые Ч. Уразов и М. Шкураков. Вражеская пуля сражает и мужественного сержанта П. К. Сыроеягкина. В живых остается только старший сержант В. А. Андронов, имевший уже четыре ранения. Заняв наиболее выгодную позицию, он был полон решимости драться с врагом. Но в это время противник начал по-

спешно отходить под напором перешедших в атаку подразделений батальона (1).

Вскоре на истерзанную взрывами бомб высоту поднялись советские бойцы. Минутой молчания они почтили память своих храбрых товарищей по оружию, павших, но не побежденных. Тяжело раненного, истекающего кровью старшего сержанта В. А. Андронова отправили в медсанбат, а затем эвакуировали в госпиталь.

За беспримерный подвиг всем участникам боев па высоте у латвийской деревни Сунуплява Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 марта 1945 г. было присвоено звание Героя Советского Союза. Этой награды удостоились: старшие сержанты Хаким Рахимович Ахметгалин и Василий Антонович Андронов, сержант Петр Константинович Сыроежкин, младший сержант Матвей Степанович Чернов и рядовые Федор Иванович Ашмаров, Яков Савельевич Шакуров, Михаил Ермилович Шкураков, Чутак Уразов и Токубай Тайгараев.

Звание Героя Советского Союза было присвоено и рядовому Урунбаю Абдуллаеву. Он значился в числе погибших, и только много лет спустя стало известно, что, будучи тяжело раненным, солдат оказался в плену, откуда вернулся лишь после войны.

В 1945 г. останки героев Сунуплявы с высоты были перенесены в районный центр город Лудза Латвийской ССР. Здесь на их могиле поднялся величественный памятник скорбящей матери-Родины.

В последней декаде июля 1944 г. войска армии продолжали развивать наступление южнее Резекне (Режица). Враг отходил на запад. Неотступно преследуя его, советские соединения и части к исходу 26 июля, пройдя за день с боями до 30 км, освободили несколько десятков населенных пунктов и вышли на рубеж железной дороги Резекне — Двинск, выполнив поставленную перед ними задачу.

Наступавшая на правом фланге армии 391-я стрелковая дивизия частью сил содействовала 10-й гвардейской армии в освобождении от противника южной части города Резекне. В боях на подступах к Резекне особенно успешно действовал 1280-й стрелковый полк под командованием подполковника Н. Б. Алехина. В ожесточенном бою, сбив противника с занимаемого рубежа, подразделения полка освободили 16 населенных пунктов и отразили шесть яростных контратак: Перед фронтом полка противник потерял только убитыми более 300 человек.

Большую помощь пехоте в этих боях оказали доблестные артиллеристы. Находясь в боевых порядках полка, они своим огнем уничтожали огневые точки врага и его укрепления.

Умело руководил боем на подступах к городу, обеспечивая продвижение пехоты, командир 1-го артиллерийского дивизиона 951-го артиллерийского полка 391-й стрелковой дивизии капитан С. Ф. Черников. Это был опытный, закаленный офицер, награжденный за предшествующие бои орденами Александра Невского и Отечественной войны II степени. Под его командованием артиллеристы смело шли на выполнение любой задачи. Вот и теперь они метким огнем расчищали путь наступавшим подразделениям.

В боях за город Резекне отважный командир капитан С. Ф. Черников погиб смертью храбрых. Президиум Верховного Совета СССР 24 марта 1945 г. присвоил ему звание Героя Советского Союза(2).

Противник не смог противостоять натиску войск 2-го Прибалтийского фронта, и 27 июля после ожесточенных боев город Резекне (Режица) был полностью очищен от немецко-фашистских захватчиков.

В этот же день войска 4-й ударной армии освободили город Даугавпилс (Двинск).

В честь освобождения городов Даугавпилс (Двинск) и Резекне (Режица) войскам 2-го Прибалтийского фронта Верховный Главнокомандующий объявил благодарность, а столица нашей Родины Москва салютовала 20. артиллерийскими залпами из 224 орудий.

Многим соединениям и частям 2-го Прибалтийского фронта были присвоены почетные наименования Режицких и Двинских. Наименования Режицких в 3-й ударной армии удостоились 391-я и 379-я стрелковые дивизии, 25-я инженерно-саперная и 136-я пушечно-артиллерийская бригады, а также 93-й гвардейский минометный полк. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 августа 1944 г. 171-я, 219-я стрелковые дивизии, 29-я отдельная гвардейская танковая бригада и 227-й отдельный танковый полк, ранее удостоенные наименования Идрицких, теперь были награждены орденом Красного Знамени.

Были награждены орденами и медалями многие солдаты, сержанты, офицеры и генералы 3-й ударной.

В Режицко-Двинской наступательной операции войска 3-й ударной армии, продвинувшись вперед на 140 км, освободили от немецко-фашистских захватчиков территорию общей площадью около 6000 кв. км, 3145 населенных пунктов (в том числе города Идрица и Себеж), содействовали войскам 10-й гвардейской армии в освобождении города Резекне, уничтожили 14 750 вражеских солдат и офицеров, 13 танков и самоходных орудий, 180 орудий и минометов, 203 пулемета, 17 тягачей и 70 автомашин, взяли в плен около 3000 человек, захватили 350 пулеметов, 189 орудий, 26 танков, 21 тягач, 72 автомашины и 32 склада с боеприпасами, снаряжением и продовольствием.

Успешные действия армии в Режицко-Двинской наступательной операции обусловливались не только хорошей подготовкой войск, но и высоким уровнем партийно-политической работы. Перед наступлением работа всех политорганов и партийных организаций была направлена на повышение наступательного порыва, на воспитание ненависти к врагу.

Серьезное внимание уделялось разъяснению конкретных обязанностей воинов в бою. Во всех соединениях и частях армии агитаторами, парторгами, комсоргами рот и командирами были проведены беседы на темы: «Всю мощь огня на голову врага», «Стремительность обеспечивает успех в наступлении» и другие.

Партийные организации частей и соединений армии в этот период уделяли особое внимание работе с новым пополнением.

В ходе наступления партийные и политические работники, агитаторы стремились оперативно популяризовать героев боев. С целью повышения авангардной роли коммунистов проводились партийные собрания по вопросам: «Как коммунисты выполняют свою задачу в наступательном бою», «Знание боевой задачи — основа ее успешного выполнения». Такие мероприятия, в частности, проводились в частях 171-й и 391-й стрелковых дивизий. Недаром личный состав этих соединений наиболее удачно действовал как в обороне, так и в наступлении.

Большая и многогранная партийно-политическая работа давала свои результаты и в других соединениях. Войска армии успешно выполнили задачи Режицко-Двинской наступательной операции.

28 июля 2-й Прибалтийский фронт приступил к подготовке Мадонской операции. Ее цель — разгром мадонской группировки противника и создание благоприятных условий для дальнейшего продвижения на Ригу. 3-я ударная армия, вышедшая к этому времени к Лубанской низменности, получила приказ командующего фронтом от 29 июля 1944 г. на ее преодоление и выход на рубеж реки Айвиексте. Армии ставилась задача: во взаимодействии с 22-й армией уничтожить отходящего противника и 31 июля овладеть рубежом реки Айвиексте, а 1 августа — рубежом Цесвайне, Мадона, Марциена. Справа наступала 10-я гвардейская армия, обходя озеро Лубана с севера п юга.

Лубанская низменность — это сплошь заболоченная местность с отдельными небольшими возвышенностями.

50 км глухих лесов, гнилых топей, петляющих речек, глубоких озер представляли собой значительную естественную преграду на пути к Риге. К тому же фашисты сильно укрепили Лубанскую низменность. Редкие дороги, узкие перешейки между болотами перехватывались неприятельскими заслонами, а на возвышенностях были созданы опорные пункты. Рассчитывать на быстрое ее преодоление не приходилось.

В полосе наступления армии противник продолжал оказывать упорное сопротивление частями 329-й, 263-й пехотных и 285-й охранной дивизий.

Разгром противостоящего противника и преодоление Лубанской низменности командующий армией решил осуществить силами 93-го и 79-го стрелковых корпусов, выделив от каждой дивизии первого эшелона армии сильные передовые отряды, которые должны были выйти в тыл противника и своими ударами уничтожить его части, облегчив тем самым выполнение боевых задач дивизиям первого эшелона.

В осуществлении этого замысла важная роль отводилась соединениям 79-го стрелкового корпуса, которые, выйдя 28 июля к Лубанской низменности, остановились перед наиболее труднопроходимыми болотами (20 км юго-западнее озера Лубана). Гитлеровцы считали, что через болота советским войскам не пройти. С расчетом на это и строилась вся их оборона. Многочисленные огневые средства врага — орудия прямой наводки, вкопанные в землю танки — были обращены лишь в сторону, откуда они ожидали удара. Все говорило за то, что преодоление болот полностью обеспечит внезапность удара и даст не только тактический, по и оперативный успех.

Расчеты командования армии оправдались. Преодоление многочисленных болот соединениями 79-го стрелкового корпуса генерала С. Н. Переверткина завершилось успешно. В этом немалая заслуга принадлежит 150-й стрелковой дивизии полковника В. М. Шатилова, которая штурмовала лубанские болота первой и, выйдя в тыл врагу, нанесла ему мощный удар.

Это было в ночь на 30 июля. С наступлением темноты людские цепочки потянулись к деревянной тропе, проложенной по болоту саперами за день до наступления. Впереди шла разведывательная рота дивизии, возглавляемая капитаном Н. А. Тарасенко, за ней бойцы 469-го стрелкового полка подполковника П. Д. Алексеева.

Люди шли с большой предосторожностью, опираясь на палки с большими кругами из лозы на нижних концах. Труднее было тем, кто нес станковые пулеметы и минометы. Им приходилось с трудом преодолевать каждый шаг, где по колено, а где и по пояс в грязи.

Двинулся и 756-й стрелковый полк полковника Ф. М. Зинченко. Он шел в обход, по зато по твердой почве; за ним начал выдвигаться 674-й полк, имевший задачу вступить в бой утром 31 июля. Но рассчитывать на успешный прорыв вражеской обороны они могли только в случае удачного удара 469-го стрелкового полка с тыла.

Утром, к половине восьмого, 469-й полк подполковника П. Д. Алексеева преодолел наконец болото ЛиелайсПурвс и, развернув подразделения, атаковал противника на участке шириной до четырех километров.

Внезапность была полная — неприятель растерялся. Разведрота дивизии атаковала вражеский штаб и захватила пленных, документы, а подразделения полка, быстро преодолев небольшой открытый участок местности, овладели четырехкилометровым отрезком шоссе и железной дороги. Это были единственные пути, которыми мог воспользоваться враг в случае своего отхода.

Задача теперь состояла в том, чтобы закрепиться на этих местах до подхода главных сил. Вскоре гитлеровцы пошли в атаку. На боевые порядки 469-го стрелкового полка обрушился шквальный орудийный и минометный огонь. Появились вражеские танки. За ними двигалась пехота. В небе загудели фашистские самолеты. Земля содрогалась от разрывов авиабомб.

Началась ожесточенная схватка с врагом. Первая атака гитлеровцев была отбита, за ней последовала другая, более мощная. Под напором врага подразделения полка вынуждены были отойти по железнодорожной насыпи в лес. Дальше отходить было некуда — позади болото. Надо было драться с врагом и выстоять до подхода других частей дивизии. И люди дрались, проявляя исключительную стойкость, мужество и героизм.

Вскоре положение полка несколько улучшилось. Подошла полковая артиллерия. Левый фланг был прикрыт от танков истребительным дивизионом. Пехотинцам помогли также дивизионные артиллеристы и гвардейские минометы. Были уже на подходе 756-й стрелковый полк, а за ним 674-й. Инициатива боя снова перешла в руки наших бойцов, и они, потеснив противника, опять оседлали шоссе и железную дорогу.

Успех 150-й стрелковой дивизии в первый день боя значительно облегчил действия наступавших справа 171-й стрелковой дивизии полковника А. И. Негоды и слева 207-й стрелковой дивизии полковника И. П. Микуля. Однако и па их долю выпало немало тяжелых испытаний.

Особенно трудно пришлось 380-му стрелковому полку подполковника Г. К. Жидкова, который продвигался в тыл противника по болоту.

3 августа полк, преодолев более 20 км трудного пути, вышел в район Аустрии. 1-й батальон под командованием капитана М. А. Ивасика с ходу овладел дамбой и закрепился па ней. Противник, подтянув силы, начал ее планомерный штурм. Волна за волной шли гитлеровцы в атаку и волна за волной ложились мертвыми на крутых склонах дамбы и у ее подножия. Атаки противника не прекращались, бой шел несколько часов. Командир батальона дважды был ранен, но продолжал руководить обороной. Подняв батальон в контратаку, он в рукопашном бою подавал пример самоотверженности и ловкости. Враг был загнан в непролазную топь и более уже не пытался пробиться к дамбе. С подходом остальных подразделений полка дорога прочно удерживалась воинами части, по ней пошли танки, артиллерия и автомашины(1).

Полк успешно выполнил свою задачу благодаря самоотверженности и упорству каждого бойца и командира. За мужество, проявленное в этом бою, весь личный состав 380-го стрелкового полка был награжден орденами н медалями, а капитан М. А. Ивасик удостоился звания Героя Советского Союза посмертпо.

Не менее успешно громил врага и 93-й стрелковый корпус генерал-майора П. П. Вахрамеева, наступавший на правом фланге армии. Личный состав соединений и частей корпуса вписал немало замечательных страниц в летопись Великой Отечественной войны. Неотступно преследуя врага, сбивая его заслоны и уничтожая опорные пункты, соединения и части корпуса успешно преодолели Лубанскую низменность и 6 августа вышли на рубеж реки Айвиексте. Вслед за ними на реку вышли и соединения 79-го стрелкового корпуса.

Войска армии, ведя бои в тяжелых условиях Лубанской низменности, умело использовали единственную проходившую здесь дорогу, широко практиковали выход в тыл врага отдельных подразделений и добивались успеха.

Противник, не сумевший сдержать наступление войск 3-й ударной армии в лубанских болотах, теперь надеялся остановить их па реке Айвиексте. Правый берег ее значительно возвышался над левым. Вдоль реки тянулась цепь холмов, покрытых лесом и кустарником. Здесь-то враг и построил укрепления с большим количеством огневых средств. К моменту выхода войск армии к реке противник организовал систему огня и подтянул свежие силы, что затрудняло форсирование реки.

На исходе дня 6 августа воины 93-го стрелкового корпуса после 20-минутной артподготовки, используя подручные средства, вплавь начали форсирование реки. К утру 7 августа они заняли небольшой плацдарм, отразив несколько контратак. Через два часа после артиллерийской подготовки части корпуса, преодолевая сильное огневое сопротивление противника и отражая его контратаки, прорвали вражескую оборону, овладели траншеями на рубеже шоссейной дороги. 79-й стрелковый корпус к этому времени овладел городами Лийограде, Миезиш и шоссейной дорогой на этом участке.

Гитлеровцы пытались сбросить наступающих в реку. В ряде мест завязывались рукопашные схватки. Упорные бои пришлось вести частям и подразделениям 379-й и 219-й стрелковых дивизий, наступавших в первом эшелоне 93-го стрелкового корпуса.

При форсировании Айвиексте и во время боя на плацдарме отличился личный состав 1255-го стрелкового полка под командованием подполковника М. П. Рязанова. Подразделения полка первыми форсировали реку на участке 379-й стрелковой дивизии и завязали бой за плацдарм на ее правом берегу.

Мужественно сражался с врагом пулеметчик 1-го стрелкового батальона комсомолец младший сержант С. И. Проняев. Переправившись через реку со станковым пулеметом в числе первых, он сразу же вступил в ожесточенную схватку с фашистами. Вскоре пулемет Проняева осколком разорвавшегося снаряда был выведен из строя. Но младший сержант не растерялся. Он быстро подполз к замеченному им вражескому пулемету, гранатой уничтожил его прислугу и, завладев оружием, открыл уничтожающий огонь, прикрывая высадку на берег подразделений полка. Фашистам удалось окружить Проняева. Они злобно кричали: «Рус, сдавайся!», но комсомолец отвечал им усилением огня. Около двух часов продолжался этот неравный бой, а когда к Проняеву пробилась небольшая группа наших бойцов, он повел их в атаку и овладел опорным пунктом врага на небольшой высоте.

В этом бою младший сержант С. И. Проняев уничтожил около 40 гитлеровцев (1).

Так же мужественно сражался командир отделения 7-й стрелковой роты 710-го стрелкового полка 219-й стрелковой дивизии сержант К. П. Морозов. Он одним из первых переправился через реку Айвиексте и из автомата прикрыл переправу своей роты. Когда она кинулась в атаку, сержант первым ворвался в траншеи врага и, несмотря на два ранения, уничтожил семь фашистов. В схватке с врагом он затем еще получил два ранения и, истекая кровью, продолжал сражаться. Сержант К. П. Морозов до конца выполнил свой долг перед Родиной, за что был награжден орденом Отечественной войны I степени (2).

Исключительный героизм в бою при форсировании Айвиексте совершил санинструктор 2-го стрелкового батальона этой же части старший сержант медицинской службы А. М. Карпулин. Переправившись через реку в составе одной из рот батальона, он сразу же заменил выбывшего из строя при переправе командира роты. Под командованием А. М. Карпулина личный состав роты ворвался в траншеи врага и в рукопашной схватке овладел ими. Противник незамедлительно предпринял контратаки, чтобы восстановить утраченное положение и сбросить советских бойцов в реку. Но отважные воины, возглавляемые Карпулиным, отразив несколько контратак, удержали захваченные позиции до подхода подкрепления. После этого, сдав командование ротой одному из прибывших офицеров, А. М. Карпулин приступил к выполнению своих обязанностей. Он вынес с поля боя 20 раненых солдат и офицеров и переправил их На противоположный берег. За отвагу и мужество в бою и проявленную при этом инициативу А. М. Карпулин удостоился ордена Красного Знамени(1).

В результате решительных и смелых действий личного состава частей и подразделений соединения 93-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майора П. П. Вахрамеева первыми форсировали Айвиексте и, быстро наращивая силу удара, начали с боями продвигаться вперед. Вслед за гвардейцами форсировали реку и соединения 79-го стрелкового корпуса, которые также начали успешно развивать достигнутый успех.

В это время особенно жаркие схватки разгорелись на участке 207-й стрелковой дивизии. Переправившись на правый берег, дивизия сломила сопротивление гитлеровцев и раньше соседей вырвалась вперед, открыв свои фланги. Этим воспользовался противник. Он сразу же предпринял контратаки крупными силами пехоты при поддержке танков по открытым флангам частей дивизии. В это время в бой с вражескими тапками вступили артиллеристы 420-го отдельного истребительно-противотанкового дивизиона. Именно они сдержали натиск врага и заставили его отступить.

В этом бою отличился орудийный расчет парторга батареи старшего сержанта Ф. А. Шестакова. Расставляя орудия, командир батареи капитан И. Т. Кучин выдвинул расчет парторга на самое ответственное место. Он должен был прикрыть шоссейную дорогу у ее изгиба. Дорога хорошо просматривалась и удобно простреливалась далеко в глубь лесного массива.

И когда вражеские танки пошли в атаку, командир расчета, пропустив несколько машин, обрушил огонь на идущий сзади танк с расстояния 600 м. Гитлеровцы заметили противотанковое орудие и направили на него огонь нескольких машин. Вокруг все горело, земля сотрясалась. Резко снизилась возможность ведения прицельного огня. Но наши артиллеристы работали слаженно и дружно. Их меткие выстрелы достигали цели.

У изгиба шоссе остановилась объятая пламенем вражеская самоходка «фердинант», затем задымил «тигр» и еще несколько машин. Только после этого на позиции артиллеристов, возглавляемых старшим сержантом Ф. А. Шестаковым, полезли гитлеровские автоматчики, на ходу ведя огонь короткими очередями.

В это время замолк прикрывавший позицию батареи станковый пулемет. Парторг Шестаков бросился к пулемету, быстро занял место убитого пулеметчика (второй номер тоже был тяжело ранен) и открыл огонь.

За ратные подвиги Ф. А. Шестаков был награжден орденами Отечественной войны I и П степени, Славы III степени и медалью «За боевые заслуги». А первая награда за бой на правом берегу реки Айвиексте нашла своего хозяина спустя 22 года. Она вместе с другими орденами и медалями засверкала на груди Ф. А. Шестакова, ныне работающего в Свердловской школе учителем по трудовому воспитанию детей(1).

В течение двух дней войска армии преодолевали укрепления врага на реке Айвиексте и, вступив в пределы Видземской возвышенности, к исходу 13 августа вышли западнее Мадоны. Здесь наступление приостановилось. Войска приводили себя в порядок, подтягивали тылы. В это время в связи с убытием генерал-лейтенанта В. А. Юшкевича на лечение во временное командование армией вступил заместитель командующего 2-м Прибалтийским фронтом генерал-лейтенант М. Н. Герасимов.

13 августа поздно вечером штаб армии получил выписку из приказа командующего 2-м Прибалтийским фронтом. Войска фронта, говорилось в приказе, силами 10-й гвардейской, 3-й ударной, 22-й армий и 5-го танкового корпуса, при поддержке 15-й воздушной армии, всех фронтовых и армейских средств усиления 17 августа наносят удар вдоль железной дороги Мадона — Рига с ближайшей задачей разгромить мадонскую группировку противника и в дальнейшем наступать на Ригу.

3-й ударной армии ставилась задача нанести удар в общем направлении на Эргли и во взаимодействии с 10-й гвардейской (справа) и 22-й (слева) армиями разгромить противостоящую группировку противника, овладеть рубежом Эргли, Озолмуйжа.

Этим же приказом в 3-ю ударную армию дополнительно включался 100-й стрелковый корпус генерал-майора Д. В. Михайлова(1). Кроме того, в полосе наступления армии вводился 5-й танковый корпус генерал-майора танковых войск М. Г. Сахно с задачей к исходу первого дня наступления овладеть районом Эргли. В полосе наступления 10-й гвардейской армии вводилась подвижная группа фронта, которая так же, как и 5-й танковый корпус, получила задачу к исходу 17 августа выйти в район Вецпиебалга и перерезать дороги, идущие на Эргли и Мадону.

Для выполнения поставленной задачи командующий армией решил нанести фронтальный удар силами 93, 100 и 79-го стрелковых корпусов на 5-километровом участке фронта. После прорыва главной полосы обороны противника на глубину до 5 км развить успех вводом в бой 5-го танкового корпуса, выйти в первый день операции в район Таурупе, перерезать пути отхода врага, не допустить подхода его резервов с запада и на второй день операции овладеть рубежом Эргли, Озолмуйжа.

В связи с тем что на подготовку операции отводилось всего трое суток, доведение задач до войск осуществлялось путем отдачи предварительных распоряжений, а затем после подписания приказа были отданы письменные боевые распоряжения.

15 августа прибыл вновь назначенный начальник штаба армии генерал-майор М. Ф. Букштынович. Быстро разобравшись в обстановке и ознакомившись с документами по планированию операции, он приказал дополнительно разработать план контроля за подготовкой к наступлению. Во все корпуса и армейские части для осуществления контроля па местах и оказания необходимой помощи командирам выехали группы офицеров во главе с ответственными начальниками полевого управления армии.

Несмотря на ограниченное время, Мадонская наступательная операция, так же как и другие операции армии, готовилась тщательно и всесторонне.

Утром 17 августа, после 35-минутной артиллерийской подготовки, войска армии силами пяти дивизий атаковали позиции противника, с ходу форсировали реку Арона и стали развивать наступление в северо-западном направлении. На правом фланге армии наступал 93-й стрелковый корпус генерал-майора П. П. Вахрамеева и на левом фланге — 79-й стрелковый корпус генерал-майора С. Н. Переверткина. Наибольший успех имел 100-й стрелковый корпус и особенно 21-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора И. И. Артамонова, наступавшая в первом эшелоне.

В 12 часов дня, как и предусматривалось планом операции, был введен в бой 5-й танковый корпус, бригады которого, не задерживаясь, устремились к Эргли. Фашисты, не ожидавшие такого удара на этом участке, поспешно откатывались назад.

Наступление войск армии в первый день операции развивалось успешно. Но 18 августа сопротивление противника значительно возросло, и уже с утра на всех участках развернулись ожесточенные кровопролитные бои. Несмотря нп исключительно упорное сопротивлепие врага, соединения, армии продолжали продвигаться вперед, 150-я, 21-я гвардейская стрелковые дивизии освободили несколько населенных пунктов юго-западнее Мадоны, а передовые пасти 5-го танкового корпуса, преодолев 30 км, прорвались в район Эргли.

Потеряв Эргли, противник во второй половине дня нанес контрудар пехотой и танками при поддержке авиации по левому флангу 79-го стрелкового корпуса. Неприятельские атаки следовали одна за другой.

В этих боях большое мужество проявил командир 207-й стрелковой дивизии полковник И. П. Микуля. Он умело руководил частями дивизии. Появляясь в гуще бойцов, там, где создавалась наиболее напряженная обстановка, комдив своим личным примером воодушевлял солдат, сержантов и офицеров на подвиги.

При отражении одной из контратак врага 19 августа полковник И. П. Микуля был смертельно ранен. Он погиб на поле боя как мужественный солдат. На следующий день на должность командира 207-й стрелковой дивизии прибыл полковник И. В. Порхачев.

19 августа 100-й стрелковый корпус, используя успех танкистов, двумя дивизиями (21-й гвардейской и 28-й) вышел к юго-востоку от Эргли. Немецко-фашистское командование, стремясь удержать за собой важный узел шоссейных дорог Эргли, ввело в бой на этом направлении три свежие пополненные пехотные дивизии, которые непрерывно контратаковали наши наступающие части, стремясь во что бы то ни стало приостановить их продвижение. Вражеская авиация группами по 30—40 самолетов систематически бомбила и штурмовала боевые порядки 5-го танкового и 100-го стрелкового корпусов, имевших наибольший успех.

При отражении вражеских контратак неувядаемой славой покрыл себя младший сержант В. А. Ермолаев, наводчик орудия из 47-го гвардейского артполка 21-й гвардейской стрелковой дивизии.

В ходе горячей перестрелки один за другим выбывают из строя храбрые артиллеристы. У орудия остается один Ермолаев. А обстановка накаляется: из-за высоты показалось несколько «тигров» и «фердинандов». Они шли прямо на огневую позицию батареи. Младший сержант не дрогнул, приняв решение вести огонь до конца. С нескольких выстрелов ему удалось подбить впереди идущий танк, за ним, задымив, остановилось самоходное орудие «фердинанд». Один снаряд был послан по приближавшимся автоматчикам. Но в это время с фланга появилось еще несколько танков. Один из них оказался совсем близко. Ермолаев еле успел отскочить в сторону, как вражеская машина с лязгом и грохотом подмяла орудие под себя. Схватив автомат, мужественный артиллерист начал бить из него по наседавшим гитлеровцам и заставил их залечь. Вражеские цепи дрогнули и стали отходить. На них стремительно неслись несколько наших тридцатьчетверок.

За умелые действия на поле боя младший сержант В. А. Ермолаев был назначен командиром орудийного расчета. За проявленные мужество и отвагу он удостоился почетного звания Героя Советского Союза (1).

22 августа бои приняли еще более ожесточенный характер. В этот день противник предпринял против войск армии в различных местах около 20 контратак, а его авиация произвела более 500 самолето-пролетов. В условиях отражения яростных контратак соединения армии продвижения почти не имели. Более того, врагу удалось к исходу этого дня, после ожесточенного боя, потеснить передовые подразделения и части 21-й гвардейской и 28-й стрелковой дивизий, находившихся на подступах к Эргли. В исключительно трудном положении оказались и части 5-го танкового корпуса в этом районе. Им с боем пришлось выходить из окружения.

Только к концу августа в результате многодневных и упорных боев войска 3-й ударной армии вышли в район Эргли и южнее его. Положение стабилизировалось. К этому времени 2-й Прибалтийский фронт закончил проведение Мадонской операции, и 3-я ударная армия получила задачу закрепиться на достигнутом рубеже. Для дальнейшего наступления по освобождению Латвии и ее столицы Риги требовалась необходимая подготовка.

СОДЕРЖАНИЕ

От авторов
Глава первая. Начало пути
В первых боях
Перед Великими Луками
Глава вторая. Великие Луки — Невель
Вперед на врага
В боях за Невель
Глава третья. В боях за Прибалтику
За Советскую Латвию
К берегам Рижского залива
Глава четвертая. На новом направлении
На землях Польши
В Восточной Померании
Глава пятая. На Берлин!
В дни подготовки
Прорыв
В предместьях Большого Берлина
Решающий штурм
Знамя над рейхстагом

Ордена Трудового Красного Знамени ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ СССР МОСКВА — 1976

Пятков В. К. и др.

Третья ударная. Боевой путь 3-й ударной армии. М., Воениздат, 1976.

256 с, с ил.

ТРЕТЬЯ УДАРНАЯ Редактор Н. В. Баранов. Художник Б. С. Иванов Художественный редактор А. М. Голикова Технический редактор Г. Ф. Соколова Корректор Н. М. Опрышко; OCR правка А. П. Царьков 5.3.2012г.

Г-83310 Сдано в набор 11.8.75 г. Подписано к печати 15.1.76 г.

Формат 84Х108/82. Печ. л. 8, усл. печ. л. 13,44, уч.-изд. л- 14,083 Типографская бумага № 1. Тираж 30 000. Изд. № 2/1496. Цена 62 коп. Зак. 1302

Воениздат 103160, Москва, к-160 1-я типография Воениздата 103006, Москва, к-6, проезд Скворцова-Степанова, дом 3


Идея, дизайн и поддержка:
Александр Царьков,
Группа военной археологии
ИскателЬ © 1988-2012